Евангелие дня:

После сего Иисус пошел в город, называемый Наин; и с Ним шли многие из учеников Его и множество народа. Когда же Он приблизился к городским воротам, тут выносили умершего, единственного сына у матери, а она была вдова; и много народа шло с нею из города. Увидев ее, Господь сжалился над нею и сказал ей: не плачь.
И, подойдя, прикоснулся к одру; несшие остановились, и Он сказал: юноша! тебе говорю, встань! Мертвый, поднявшись, сел и стал говорить; и отдал его Иисус матери его.
И всех объял страх, и славили Бога, говоря: великий пророк восстал между нами, и Бог посетил народ Свой.
Лк. 7:11-16

Рассказ, который мы сегодня слышали, очень короток и по сути дела сводится к описанию одного события, которое называется коротким словом «чудо». Мертвый сын вдовицы был исцелен, потому что женщина просила Христа и в ее жизни состоялась эта удивительная, радостная и все переворачивающая встреча с Богом в минуту самой горькой материнской скорби и отчаяния. По сути дела сегодняшний рассказ подводит нас к размышлению о том, что такое чудо в христианском понимании этого слова.

Одно из определений чуда, которое содержится в богослужебных книгах, таково: там, где того желает Бог, преодолевается закон природы. Иными словами, чудо есть такого рода вхождение любовью Бога в жизнь отдельного человека, человеческих сообществ или мира в целом, когда Им же установленные законы природы на это время или на миг для этого человека или для этих людей преодолеваются. Мы не можем считать Бога связанным Им же установленными законами, ведь Он – Законодатель и Владыка. В христианском миропонимании именно Божия любовь, а не законы природы владычествует над всей Вселенной.

Говоря о чуде, мы должны указать, что в понимании этого явления христианство резко отличается от языческого или, что то же самое, магического восприятия чудесного.

Древние или современные язычники с копьями и луками бегают вокруг изображения мамонта, быка или бизона, поражают его и имеют надежду, что это действие, сопровождаемое, скажем, жертвоприношениями, гарантирует им успех на настоящей охоте. Или, как мы читали в страшных книжках про средневековую историю, какие-нибудь злодеи протыкают булавками изображение ненавистного человека, надеясь, что это каким-то образом дурно отзовется на его здоровье или жизни.

В христианском понимании чуда не может быть обрядового действия, которое само по себе гарантирует ответ Божий. На чудо можно надеяться, о нем можно просить, в том числе с усердием, не ожидая, что оно произойдет вдруг и автоматически, то есть его никогда нельзя его гарантировать.

В чуде встречаются две свободы. Одна – это свобода человека, который доверяет Богу и возлагает на Него надежду о том, что это преодоление законов природы может совершиться в его, вполне рядового существа, жизни, а не только с кем-то из великих древних святых, потому что Бог всемогущ. Другая, которая никак не может быть нами исключена – это свобода Бога, который волен на нашу просьбу откликнуться так, как мы Его о том просим, или не так, как мы Его о том просим, или и вовсе ждать и смотреть, как человек сам будет бороться, пока может и готов это делать.