Вопрос о будущей загробной жизни вольно или невольно заставляет задуматься каждого разумного человека. С ним рано или поздно сталкивается и религиозный человек, и человек равнодушный к религии. Нельзя убежать от размышления о том, что с нами будет после смерти.

Человек, как неповторимая личность, не исчезает бесследно. Тело стареет, а человек себя внутри ощущает таким же, как был в юности.  Почему? Потому что душа не изменяется, а вся наша внутренняя жизнь — это свойства души. Мы думаем душой, наши чувства и эмоции — это проявление души. Душа — это то, что болит у человека, когда все тело здорово. Ведь говорим же мы, что не мозг болит, не сердечная мышца — а болит душа. Душа пользуется телом — как музыкант пользуется своим инструментом. Если струна порвалась — мы уже не слышим музыки, но это еще не значит, что умер сам музыкант.

Смерти нет, говорит нам Церковь, есть только переход из одной формы бытия в другую. По исходе своем из тела душа попадает в новые условия жизни. Она по своей воле не может уже изменить своего состояния, как это было при жизни на земле. И здесь важнейшее значение приобретает духовная связь умершего человека с Церковью и потому со стороны живых ее членов необходима молитва об усопших.

Первые, о ком мы вспоминаем, молясь об умерших, — наши покойные родители. Поэтому и субботы, посвященные молитвенной памяти почивших, называются «родительскими». Таких родительских суббот в течение церковного года — шесть: мясопустная и троицкая, димитриевская, а также вторая, третья и четвертая субботы Великого поста.