Вспоминая снятие с Креста, совершая вечерню Великой Пятницы с выносом плащаницы, мы читаем большое составное Евангелие, соединяющее рассказы Матфея, Луки и Иоанна о последних часах жизни и о смерти Иисуса.

В последние дни Своей земной жизни Господь был оставлен один перед лицом Своих ненавистников, перед лицом страданий и смерти. Он испил до дна ту чашу, которая была уготована Ему, и пережил самое страшное, что может выпасть на долю человека — одиночество и оставленность.

Он был один в Гефсимании, ибо ученики Его уснули крепким сном. Он был один на суде первосвященников, один на допросе у Ирода, один на суде Пилата, ибо ученики Его в страхе разбежались. Он был один, когда шел на Голгофу: случайный прохожий, а не любимый ученик помог Ему нести крест.

На кресте Иисус взывал к Отцу Своему: «Боже Мой, Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?» (Мф. 27:46). В этом крике вместилась боль всего человечества и каждого человека — боль всякого, кто чувствует, что он одинок и оставлен Богом. Ибо страшно быть оставленным близкими и друзьями, но еще страшнее, когда тебе кажется, что Бог покинул тебя, когда непреодолимая стена встала между тобою и Богом, и Он словно не слышит, не видит, не замечает тебя.

Если ты страдаешь от одиночества, вспомни, каким одиноким был Спаситель в последние дни Своей жизни. Если волна богооставленности накрыла тебя с головой, и кажется тебе, что Бог отвернулся от тебя или не слышит тебя, не отчаивайся, ибо и Христос прошел через этот опыт — страшный и горький. Если осуждают тебя и хулят, ударяют по лицу и плюют на тебя, пригвождают ко кресту и вместо воды дают горькую желчь, молись за распинающих тебя, ибо «они не ведают, что творят».

В страхе и трепете, в молчании и благоговении поклоняясь святому гробу Иисусову, возблагодарим Господа за то, что Он стал одиноким, чтобы мы не были одиноки, был оставлен, чтобы мы не были оставлены, прошел через оскорбления и поругания, клевету и уничижение, страдания и смерть, чтобы во всяком страдании нашем мы чувствовали, что мы — не одни, но что Сам Спаситель — с нами до скончания века (Мф. 28:20)